Нине было полных три годика, когда я забирал ее из детского дома. Я напугался ее взгляда, столько в них было недетского, столько страданий, грусти. Она всю дорогу плакала, мне было страшно, справлюсь ли я, смогу ли я наполнить эти глаза блеском радости и счастья, где то в глубине души я себе говорил «поспешил наверно».

Первые месяцы, Нина вставала ночью, шла в столовую брала хлеб, печенье и клала себе под подушку, целыми днями в крохотной ладошке держала, крепко сжав хлеб, откусит, прилепит к небу и ходит. Она боялась женщин, если кто к нам приходил из женщин, она убегала на второй этаж и пряталась там.

Постепенно Нина освоилась и начала озорничать. Иброхим, назвал ее Машей (из мультфильма «Маша и Медведь») так, она стала Машей. Мы ее звали Нина она отвечала: -Нина уехала в детдом, а я Маша.

 Я был уверен, что она все забыла, забыла все прошлое детдом и т.д.

Столичная Ассоциация Туризма подарила моим детям один день в Астане. За нами приехал микроавтобус, мы уселись. Лица детей светились от радости, я посмотрел на Машу и увидел тот взгляд, как в тот первый день когда забирал ее из детского дома. Ее глаза молча спрашивали: - ты тоже меня предашь?

Я спросил: - Маша ты плачешь?

Она терла свои красные глаза и говорила:

 - Нет. - уткнувшись в сиденье она молча плакала.

Я понял, ведь если она садилась в какой-нибудь автомобиль, то он увозил ее в больницу, приют, детский дом. Она видимо думает, что мы ее увозим. Прибыв в Астану, она не хотела выходить из салона, но после двух, трех остановок, посещая достопримечательности города, Маша поняла, что все хорошо, что она ошиблась, ожила, повеселела, и стала напоминать нам, что она все-таки Маша.

На обратном пути, она, крепко держа мою руку, уснула, просыпаясь, гладила меня по лицу, говорила: - Ты мой. -  и снова засыпала.

Приехав домой, она от радости кричала, бегала из комнаты в комнату, ком к горлу подкатил.

- Видимо, получается - подумал я.

автор истории - Мурат Кабылбаев.